Константин Бояндин - Отражение глаз твоих [пишется]

Майтен мгновенно вспотел. Неужели?

— Дай максимум, — прошептал он и резко прозвучавшая мелодия отозвалась болью в суставах. Собравшимся у их ног грызунам это на пользу не пойдёт… ну да ладно.

Зелёный «огонёк» помедлил… и стал удаляться.

— Чтоб тебе лопнуть! — посулил маг. Руки чесались отыскать палочку и сжечь проклятую тварь, обратить в пепел. Нервы никуда не годятся, подумал он, спохватываясь. И понял, что не в состоянии преследовать таинственное существо — настолько плотным было кольцо окружения. — Прогони их, — резко приказал он. — Быстрее, кто-то вот-вот скроется.

Представляю, как недоумевает Кенвин, подумал он мрачно, готовясь выстрелить парализующим зарядом. На сей раз самостоятельно, без всяких инструментов. И так уже их «музыка» донеслась до ушей тех, кто мог её подслушивать. Терять нечего.

— Приготовься к эвакуации, — добавил Майтен, бегом бросаясь вперёд, едва не наступая на громко протестующую живность. Хорошо хоть, что ни сапоги, ни штаны крысам не прокусить.

Проклятое «пятнышко» приближалось медленно. Очень медленно. И два десятка «проснувшихся» грызунов мчались в ту же сторону. Маг отчётливо увидел свою цель (надо же, какая крупная!), заметил, как крыса остановилась, повернулась в его сторону и встала на задние лапы… И понял, что у крысы… три головы.

Это ошеломило его так, что Майтен выпрямился и тут же очень чувствительно приложился о каменный выступ. Когда он подхватил очки, всё перемешалось — и загадочный трёхголовый уродец, и «обычные», нормальные, грызуны.

— Обездвижить их! — крикнул он, зная, что Кенвин где-то позади, недалеко.

Никто из крыс не успел далеко уйти. Все замерил, прижавшись к полу. Хорошо ещё, проход сравнительно прямой.

— Держи их, — произнёс Майтен и принялся тщательно осматривать оцепеневших животных. Двадцать три штуки. Мощная вещь эта дудочка, надо признаться. Из каких же щелей она призвала всё это?… Трёхголовой крысы не было. И искатель ничего не показал. Совершенно ничего.

— Отпусти их, — сдался, наконец, Майтен и осторожно снял очки. — И освети как следует.

Выражение лица Кенвина было легко предугадать.

— Что такое? — было первым его вопросом.

— Куда-то она делась, — признался маг озадаченно. — Или мне уже мерещится невесть что. От напряжения.

И рассказал.

— Словно сквозь зеилю провалилась, — заключил он и принялся исследовать детектором окрестные стены, пол и потолок.

— У нас мало времени, — напомнил Кенвин. — Потом придётся бежать со всех ног.

— Я быстро, — пообещал Майтен. — Смотри-ка, — тут же произнёс он, прикасаясь амулетом к стене. — Мана-поле на пять процентов сильнее обычного. Неужели портал?… — и прикоснулся к стене ладонью. Прислушался к собственным чувствам.

Помощник его вздрогнул, машинально извлекая «ключ» — средство для немедленной эвакуации — и встал рядом, на всякий случай. — Никаких следов портала, — выговорил Майтен минуту спустя. Когда он повернул лицо к Кенвину, оно оказалось покрытым крупными капельками пота. — Ничего не понимаю. Совершенно. Но что-то здесь всё-таки нечисто… Ладно. Пригласим специалистов.

— …А может быть, естественная силовая линия? — предположил Кенвин одним часом и шестьюстами километрами спустя. — Судя по данным замеров, это вполне возможно. Да и стены… непохоже, чтобы на них накладывали портал. Камень так быстро не "остывает".

— Наверное, — неохотно согласился Майтен. Суставы всё ещё ломило — «дудочка», она не только на грызунов действует. — Но я готов дать голову на отсечение, что видел этого проклятого уродца… или всё-таки не видел?

Сомнения так и не оставили его.

Тревожная музыкальная фраза со стороны карты уже не могла остаться незамеченной. Неммер обратила внимание, что карта самостоятельно включилась и что точка уже не мерцает, а горит оранжевым огнём. Словно в ответ на её взгляд, звуковой сигнал прекратился.

И ей сразу же послышались голоса. Хонн замер, полуприсев, у самой «кляксы», едва не касаясь её… и тоже вслушивался. Неммер затаила дыхание.

— …Неужели портал?… — донеслось до неё вполне отчётливо. И шорох рук, проводящих по камню. Ей стало невероятно страшно — говоривший это… Майтен, кажется? — стоял совсем рядом. Сейчас он пройдёт сквозь «разлом»… Сама того не осознавая, она протянула руку к «кляксе» и Хонн перехватил её. Неммер едва не вскрикнула — рука «мальчишки» была ледяной, жёсткой, нечеловеческой. Лицо Хонна при этом не изменилось. Осталось безжизненным.

— …Уходим… — вновь донеслось до неё и вскоре стало тихо. Что-то неожиданно толкнуло её снизу. Пол. Ага, это Хонн отпустил её руку.

Неммер молча поднялась. Ей было всё ещё не по себе.

Хонн «оттаял» не сразу. Словно по некоему сигналу.

— Узнала? — спросил он спокойным голосом. Неммер кивнула и отвела взгляд.

— Силён, — покачал головой Хонн. После чего быстрым шагом прошёл к карте и что-то там сделал. Послышался тонкий писк. — Ну нет, сидеть на месте мы не будем.

Мигающая белым точка переместилась куда-то к западу.

— Перенесём выход, — пояснил Хонн. — Чтобы не вздумали пробиваться сюда силой. Не знаю, насколько надёжна наша «дверь»…

Неммер поёжилась. Ей тоже не хотелось бы встречаться с Майтеном или как там его. Ни за что на свете.

Хонн был прав — что-то от охотника было в том мрачном человеке.

При других обстоятельствах Теммокан обрадовался бы ночи, проведённой в лесу, рядом с трактом (и расположенным глубже в лесу спаренным «рельсом», по-над которым проносились экспрессы). Сейчас же мрачные мысли тяготили его и никак не желали оставлять в покое. Вести «ковёр» он мог и сам. Стоило это дороже, но одиночество представлялось ему самым разумным в данной ситуации.

Пакет от Дракона манил к себе. Так и хотелось его открыть, рассмотреть содержимое… Что-то перекатывалось внутри. Я даже знаю, что, осознал навигатор. Другое дело — что там впридачу? Впрочем, после ужина и чашки чая ему стало лучше. А когда ночь окончательно вступила в свои права, Теммокан нашёл в себе сил достать книжку (сборник детективных рассказов) и прочесть её. И даже с удовольствием.

Выспался он так, как давно уже не высыпался. Вот что значит свежий воздух!

Даллатер осматривал комнату, в которой Теммокан занмиался проверкой «шариков». Положение складывалось на редкость идиотское: он, один (не считая охраны — ведь сверхурочная работа закончилась) во всём Хранилище, вынужден был скрывать от всего остального мира, чем он тут занимается. Не было бы счастья… Из-за суматохи, связанной со смертью Дракона, в кабинете Теммокана уборку сделать не успели — и поэтому оставалась какая-то надежда.